На деле я проще и нежней: мы видим Запад как устойчивый знаковый ряд, постоянно обогащающийся нашими ассоциациями. Торо, Волькваген или Дельфт читаются как ассоциативная поэзия и требуется только указание на их присутствие. Реальная жизнь...

Только литератору и лафа в Москве, а представь, что ты бы занимался
антропологией или астрономией — тогда труба. Если не в языке, приходится валить в забугорье….

Убийство Политковской меня как–то садануло плашмя. Юкка Маллинен переводил её книги на финский, а здесь литагент Галина Дюрстхофф представляла её книги, и у неё была своя "чеченская ниша". Чеченцы её и убили в подарок вождю.

На выставке Клоссовски я был, на той же самой, что и ты. Она началась здесь в Людвиге и поехала в Париж. В таком же порядке будет показана ретроспектива Балтуса в октябре. Конечно, Пьера надо читать — как писатель и философ он поглубже...