В одну из первых бесед с Алешей (а с ним всегда так было, и при встречах, и в письмах — беседа, а не просто поболтать, и в юности тоже) вдруг слышу от него: «Я на свой талант не рассчитываю». Запомнила дословно. Просто...

Тридцать дней как его нет. Говорят, душа еще здесь, рядом. Кальцием стать после смерти, высохнуть в веточке, - так он писал в юности. А потом, жизнь спустя: Нефть подступает к горлу.

Речь в этих коротких заметках пойдет об одном стихотворении Алексея Парщикова — «Еж», написанном в 1978 году. Текстология стихотворения не входит в мою задачу. Цель — показать, и как можно «доходчивей», что такое мета-образность (мета-видение).

В фокусе поэтического телескопа Парщикова — идеология российской власти среднепутинской эпохи. Перед нами — верхушка элиты («Дирижабли, вы — небо в небе!»): погрязшие в роскоши и коррупции олигархи, которых и обслуживают угрюмые обезьяны. Смысловая рамка удивительно однородна, и ее следы рассыпаны по тексту в таком изобилии, что мое «прочтение» теряет последний шанс на то, чтобы стать спрямляющим редукционизмом.