Шакал и ворона: ни внешней, ни внутренней крови
меж ними. Вдали нарисован дымящийся динамит.
Их контуры на честном слове уже наготове
покинуть ядро черноты и принять незаконченный вид.

Ты - прилежный дятел, пружинка, скула,
или тот, что справа - буравчик, шкода,
или эта - в центре - глотнуть не дура,
осеняются: кончен концерт и школа:

Сколько однообразья в солдатах, когда их полки объезжают царь и король!
Все хотели понравиться этой войне, все сияли, но кто же герой?
Отделяется он от рядов, сцепленных так, что ни трусов там нет, ни героев

Озаряет эпителиальную темень, как будто укус,
замагниченный бешенством передвижения по
одновременно: телу, почти обращённому в газ,
одновременно: газу, почувствовавшему упор.