Ты стоишь на одной ноге, застёгивая босоножку,
и я вижу куст масличный, а потом - магнитный,
и орбиты предметов, сцепленные осторожно, -
кто зрачком шевельнёт, свергнет ящерку, как молитвой.

Бритва сияет в свирепой ванной,
а ты одна,
как ферзь, точёный в пене вариантов,
запутана

Душно в этих стенах - на коснеющем блюде впотьмах
виноградная гроздь в серебре, словно аквалангист в пузырях.

В вазах - кольца-шмели с обезьяньими злыми глазами.
Отхлебнуть, закурить на прозрачном аэровокзале.

Всё шире и шире пейзаж этот зимний.
На тёмном пути, на пути беговом
капканы закопаны в снег боязливей
мимоз или крабов. Ни звука кругом.